ВЕСТНИК ПЕРМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА. ФИЛОСОФИЯ. ПСИХОЛОГИЯ. СОЦИОЛОГИЯ

VESTNIK PERMSKOGO UNIVERSITETA. SERIYA FILOSOFIA PSIKHOLOGIYA SOTSIOLOGIYA

Выпуск 1 2020

Весь выпуск в формате PDF

I. Философия

II. Психология

III. Социология

 

Анализируются взаимоотношения объектов в объектно-ориентированной онтологии Грэма Хармана. Считается, что концепция Хармана представляет собой одно из главных достижений современной философии, т.к. именно она позволяет преодолеть проблему объективности как таковой, получить доступ к объекту, некоррелированному субъектом познания. На основе представляемой схемы объекта постулируется отсутствие субъекта и субъект-объектных отношений, строящихся на корреляциях, тем самым решается радикальным способом проблема объективности. Однако объектно-ориентированная онтология Хармана не объясняет, каким образом происходит взаимодействие некоррелированных объектов. Для разрешения данной проблемы необходимо найти такое описание механизма взаимодействия объектов, при котором объект остается реальным, т.е. некоррелированным, и в то же время чувственным — доступным для восприятия и взаимодействия. Для описания механизма взаимодействия объектов целесообразно обратиться к понятию деконструкции Жака Деррида. Применение деконструкции к анализу взаимоотношений объектов в объектно-ориентированной онтологии Грэма Хармана позволило деабсолютизировать корреляционизм в его статусе единственно возможного способа отношений между объектами и в то же время сохранить его в качестве способа взаимодействия объектов. Логическое объяснение характера взаимоотношений объектов можно найти в философии Альбера Камю, соединив его метод познания с принципом деконструкции. Данный метод позволил прийти к выводу о том, что корреляции необходимо возникают при взаимодействии объектов, что позволяет им проявлять себя как доступным, но в то же время существование объектов самих по себе осуществляется без корреляций. Корреляции являются условием появления чувственного объекта, но при существовании реальных объектов самих по себе корреляции невозможны. Предлагаемый метод показывает, что взаимоотношения объектов представляют собой неразрывную двойственность чувственного и реального объекта, что проявляется в их познаваемо-непознаваемой природе. Использование данного метода в исследовании характера взаимодействия объектов в объектно-ориентированной онтологии Грэма Хармана дает возможность более глубокого понимания проблемы объективности как таковой.

Статья является продолжением предыдущей, опубликованной автором в предшествующем выпуске журнала. Показывается, что любая философская теория и разработанная на ее основе концепция социального идеала так или иначе обусловлены проблемами существующей социальной реальности. И в то же время различные модели социализма, существовавшие в прошлом столетии, согласно заявлениям политических лидеров этих стран, представляли собой практическую реализацию учения Маркса. Определенно, Советский Союз был результатом революционной созидательной деятельности Ленина и его соратников, которые являлись преданными сторонниками марксизма. Почему же не состоялся социалистический проект в России? Анализируется проблема соотношения социального идеала, разработанного основоположниками марксизма, и той социальной реальности, которая возникла в результате его реализации. Выявляется различие между утопией и научно обоснованным социальным идеалом, рассматриваются трудности реализации любого социального идеала (теории). Показывается, что, несмотря на то что построенный в Советском Союзе социализм вызывает у многих исследователей вопросы, касающиеся природы этого общества, Ленин и его соратники при строительстве социализма опирались на идеи основоположников марксизма. Исследуются причины возникших различий между реальным социализмом и социальным идеалом Маркса, раскрываются факторы, способствовавшие распаду Советского Союза, среди которых немаловажное значение имело упрощенное, поверхностное понимание диалектики межформационного перехода и критериев выделения различных типов обществ.

Когда появились вызвавшие массу толков тезисы Ильенкова и Коровикова о предмете философии, до хрущевской «оттепели» оставались долгие месяцы, и авторов тезисов подвергли остракизму. Однако Ильенков стал основоположником «гносеологизма», и антитеза «гносеология versus онтология» не одно десятилетие занимала умы ведущих теоретиков в области диалектического материализма. Обе партии считали себя аутентичными выразителями взглядов Энгельса. Тем не менее при более тесном знакомстве с рецензией Энгельса на книгу Штарке обнаруживается односторонность обеих позиций. Дополнительным свидетельством в пользу взаимополагания онтологического и гносеологического подходов к осмыслению места человека в мире служит эволюция идеи первоначала от милетцев до Парменида. Ее анализ предложен в третьем разделе статьи, где подчеркивается, что введение понятия бытия опиралось на разграничение «знания по-мнению» и «знания по-истине». Далее показывается, что при описании дорефлексивных представлений о душе Энгельс работает в феноменологической манере, и выдвигается предположение о наличии у философии собственного эмпирического базиса. В разделе «Как возможен основной вопрос философии?» отмечается, что отказ от структурирования философского знания ведет к подмене философских вопросов вопросами философов. Статья завершается обсуждением значения полемики онтологистов и гносеологистов для вычленения картины мира и ценностей как компонентов мировоззренческой структуры.

В современной научной литературе распространены два подхода к анализу общественно-политических движений как проявлений современного цивилизационного кризиса. Данные подходы отличаются друг от друга пониманием процесса развития человечества: если субстанциальный подход ищет и находит некое единое основание в историческом процессе, из которого затем можно было бы вывести все феномены общественной жизни, то несубстанциальный подход считает, что такого основания (субстанции, сущности) не существует и поэтому его поиск бессмысленен. Из таких различных методологических позиций представителей данных подходов вытекают и их различные объяснения феноменов социальной реальности. В частности, с позиций несубстанциального подхода современный цивилизационный кризис объявляется следствием набора случайных факторов: технологических изменений, победы того или иного дискурса, смены гегемона в центр-периферийных отношениях и т.д.; отсюда кризис становится принципиально необъяснимым. Изменения, произошедшие в характере организации, формах деятельности и идеологии общественно-политических движений в таком случае также становятся случайными и, как следствие, не до конца объяснимыми. Субстанциальный же подход, который для автора данной работы выражается прежде всего в историческом материализме, считает современный кризис результатом объективных процессов, протекающих в самом фундаменте общества (в первую очередь имея в виду развитие всеобщего труда). Следовательно, общественно-политические движения являются одной из форм проявления этого кризиса, несут в себе его отпечаток. Подчеркивается, что различия данных подходов имеют не только теоретический характер, т.к. речь идет о выработке стратегии преодоления текущего кризиса цивилизации, т.е. о будущем человечества.

В своих ранних и в особенности в поздних работах Вальтер Беньямин развивает понятие истории, а наряду с ним и понятие субъекта. Последнее отчасти схоже психоаналитической, но отлично от экспериментально ориентированной трактовки субъекта в претендующих на научность психологических подходах. Критикуя историзм, свойственный, среди прочего, и культурно-историческому подходу в психологии, В. Беньямин проблематизирует как цикличность, так и линейный, прогрессивный ход времени, обращаясь к моменту «здесь и сейчас». При этом время определяется им как история, явленная субъекту в критическом настоящем (Jetztzeit der Erkennbarkeit), из которого история всякий раз и берет свое начало, преодолевая пустой гомогенный ход неисторического, или мифологического, времени. В. Беньямин не только разрабатывает критику субъекта мифа, но и, критически раскрывая настоящее как историю, описывает феноменологическую реальность кризиса субъективности и через ее призму определяет субъекта как субъекта истории. Анализу последнего и посвящена данная статья, в которой субъект истории представлен на материале трех фигур — рассказчика, критика и историка, — предложенных В. Беньямином в качестве инструментов осмысления собственной критической работы. В статье раскрыта языковая природа кризиса субъективности и связанная с ней мысль В. Беньямина об истории, свободе и трансформации субъекта, а также о возможности принципиально нового. Приведены психологические и психотерапевтические следствия идей В. Беньямина, позволяющие психологии в ее теоретических и практических рамках задаться вопросом о понимании ею истории, субъекта и развития.

Целью работы является исследование сущности советского технологического хронотопа (объект исследования), возникшего в результате совокупности материальных и духовных достижений научно-технического и социально-политического развития советского общества 70–80-х гг. ХХ в. Методологической основой работы служит теория хронотопа А.А. Ухтомского и М.М. Бахтина (постулирующая онтологическую и функциональную взаимосвязанность времени и пространства), позволяющая раскрыть изучаемый объект в качестве структуры, формирующими элементами которой выступают два атрибута: пространственный (принадлежность к конкретному географическому материальному локусу и семантическому культурно-цивилизационному топосу) и временной (определенной продолжительности период объективного времени, включенный в семантическое целое взаимосвязанных культурно-исторических эпох). В исследовании выявляется сложная природа его предмета: фундаментальная сущность технологического хронотопа образована онтологической сущностью технологии, исторически сформировавшейся в результате эволюции европейского типа мышления (прежде всего в классической гносеологии Нового времени). Показано, что общая суть (до воплощения в советском времени) технологического хронотопа заключается в становлении его в процессе опредмечивания рационально-логического принципа, заложенного в основе временных актов когитации человеческого рассудка. Технологический хронотоп выступает в качестве овнешненной в топосе материальной предметной реальности временной логики внутренней хронологии человеческого мышления. В последующем ходе исследования раскрывается значение уникального, самобытного семантического содержания советского технологического хронотопа, окружающего его сущностное качество и формирующего узнаваемый культурно-исторический образ, фундированного противоречивой эволюцией советского социального строя, идеологическая составляющая которого прошла путь от восхваления ежедневного ударного труда во благо глобальной цели коммунистической экспансии до эпохи застоя, в которую отчужденность и обезличенность повседневного существования человека послужили одной из ключевых причин распада советского технологического хронотопа.

Рассматривается взаимосвязь между формально-динамическими свойствами индивидуальности и свойствами ценностно-смысловой сферы личности. Высказывается предположение о том, что если такая взаимосвязь будет обнаружена, то это может быть доказательством стремления субъекта к гармонизации собственной индивидуальности, к непротиворечивости взаимодействия ее разноуровневых свойств. Выборку исследования составили 463 чел., из них 219 девушек, 244 юношей в возрасте от 15 до 24 лет (M = 18.9, SD = 2.0). На основе широкого спектра методик, направленных на изучение свойств темперамента, ценностей и смыслов, были обнаружены обобщенные формально-динамические свойства индивидуальности (эмоциональная стабильность – эмоциональная нестабильность, экстраверсия – интроверсия, психотизм – сила суперэго, формально-динамические особенности интеллекта, психомоторная выносливость) и обобщенные показатели ценностно-смысловой сферы личности (ценностные ориентации и смысложизненные ориентации). Для этого использовались следующие методы статистики: эксплораторный и конфирматорный факторные анализы, а также эксплораторное моделирование структурными уравнениями (ESEM). Была обнаружена тесная взаимосвязь между показателями темперамента и ценностно-смысловой сферой личности. Для изучения степени устойчивости обнаруженной структуры была проведена проверка на инвариантность по полу, которая показала высокую согласованность структуры в мужской и женской выборках. Основная гипотеза исследования подтвердилась.

На основании предложенной В.А. Емелиным, А.Ш. Тхостовым, Е.И. Рассказовой модели психологических последствий нормативного использования информационных технологий, включающей изменения психологических границ, потребностей и психологическую зависимость, выдвигается гипотеза о том, что к ним также может быть отнесена невоплощенность, обусловленная «отсутствием» у человека, пребывающего в эфире, физического тела, превращение его в «нематериальное» существо (по М. Маклюэну). Новый технологический способ бытия-в-мире сближается с шизоидным, который британский психолог, психиатр Р.Д. Лэйнг соотносит с экзистенциальным положением онтологической неуверенности, невоплощенности (ментального Я в теле), нарушением границ между Я и не-Я в пространстве бытия. Основу исследования составляет авторский конструкт онтологической уверенности как двухуровневой системы переживаний, восходящий к концепции Р.Д. Лэйнга, и производные от него диагностические методики: построенная на принципе семантического дифференциала ОУ(СД) и психометрическая ОУ(ПМ). Установлено, что группу студентов с более выраженными последствиями нормативного использования мобильной связи и показателем склонности к интернет-зависимому поведению, граничащим со сформированной зависимостью, отличает более низкий уровень онтологической уверенности, как переживания бытийных опор в собственном Я и за его пределами, экзистенциального антагонизма (признака экзистенции как «хорошей жизни») и более высокий — ложного Я, соответствующего онтологической неуверенности, невоплощенности. В общей выборке обнаружен избирательный характер связи последствий нормативного использования мобильного телефона и онтологической уверенности, в частности ее снижение с ростом параметров изменения психологических границ, предполагающих как рефлексию нарушения собственной приватности в условиях их расширения и размывания, так и использование этих условий с целью упрощения общения с другими людьми и повышения его безопасности.

Исследовались вклады когнитивных стилей в процесс социальной перцепции Другого, представленный феноменами стереотипизации и перцептивной предвзятости (ингруппового фаворитизма). Тестировалась гипотеза о снижении роли когнитивно-стилевых приемов обработки информации по мере усиления перцептивной четкости объекта восприятия. Уровень перцептивной четкости выступал в эксперименте как независимая переменная и задавался с помощью разных стимульных объектов. Уровень низкой перцептивной четкости был представлен описанием вымышленных групп людей, которые якобы обнаруживают повышенную чувствительность к звукам низкой или высокой частоты. Уровень средней перцептивной четкости — описанием узнаваемых (типичных) групп людей, которые отдают предпочтение «низкостатусным» или «высокостатусным» вещам. Уровень высокой четкости задавался визуальным предъявлением конкретного человека, якобы являющегося представителем группы людей, чувствительных к звукам низкой или высокой частоты. На уровне низкой и средней перцептивной четкости образ Другого визуально не конкретизировался. В исследовании приняли участие 305 студентов в возрасте от 17 до 22 лет (М = 19,21, SD = 0,97), из них 71 мужчина и 234 женщины. Было обнаружено, что когнитивные стили выступают наиболее надежными предикторами стереотипизации Другого в случае, когда его образ максимально обезличен, т.е. лишен типологической и визуальной определенности. При этом наиболее высокие значения стереотипизации наблюдаются при выраженной ригидности, полезависимости, импульсивности и когнитивной простоте. При восприятии конкретного, визуально определенного Другого стереотипизация его образа происходит «без участия» когнитивных стилей. Перцептивная предвзятость (ингрупповой фаворитизм) не обнаруживает влияния когнитивных стилей независимо от уровня перцептивной четкости объекта.

Раскрывается понятие стилей делового общения, что связано со значимыми на сегодняшний день потребностями в области профессиональной деятельности: подбор персонала происходит не по специальности, а по способности кандидатов решить конкретные задачи, ориентация направлена не на отдельного субъекта, а на совместную профессиональную деятельность с учетом средового фактора, важна оценка и реализация не отдельных качеств индивида, а комплексная актуализация ресурсов и др. Цель исследования — сравнительный анализ стилей делового общения сотрудников колонии-поселения, медсестер и менеджеров. Предмет — стили делового общения представителей социономических профессий. Гипотезы: 1) стили делового общения субъектов детерминированы условиями среды; 2) в каждой конкретной среде предполагается наличие стилевых ниш, в границах которых субъекты выбирают определенные образцы поведения. Методы исследования: опрос экспертов, психодиагностика (тесты-опросники «Копинг-поведение в стрессовых ситуациях» и «Опросник способов совладания» Т.Л. Крюковой, тесты-опросники 16–PF Р.Б. Кеттелла, опросник «Уровень субъективного контроля»), исследовательская методика — опросник «Стили делового общения» (СДО) В.А. Толочека. Рассматриваются результаты t-сравнения и корреляционного анализа, полученные с использованием исследовательской методики. Результаты исследования подтверждают рабочие гипотезы.

Рассматривается роль современной массовой коммуникации в процессе формирования представлений о социальной реальности. В основе анализа лежат принципы феноменологического и постмодернистского подходов к социальному анализу, в результате делается вывод об определяющем и специфическом влиянии средств массовой коммуникации на индивида в условиях информационного общества. Ситуация современного социально-информационного обмена сильно осложняется фактором избыточности информации, невозможности полноценной обработки всего ее объема. Информационный избыток ставит человека в ситуацию выбора: ему необходимо выбрать определенные источники. Они и становятся основными медийными поставщиками репрезентаций о социальной реальности. Таким образом, представления индивида о социальной реальности во многом начинают зависеть от того контента, который транслируется по этим избранным каналам массовой коммуникации. И теоретические и эмпирические данные показывают, что это играет особую роль в структуре повседневных информационных практик индивидов, влияет на процессы самоидентификации и социализации в условиях текущей социальной действительности. Делается вывод, что представления людей о социальной реальности в большей степени имеют имиджевый характер, который конструируется и продвигается коммуникационными усилиями современных массмедиа. Во многом этот процесс зависит и от медиаконцепции выбранных каналов. Подчеркиваются искусственность и управляемый характер этого процесса.

Протестные выступления населения являются важнейшим фактором трансформаций политических систем общества. Мониторинг протестных настроений рассматривается как индикатор легитимности власти, как неотъемлемая часть общественного мнения. Вместе с тем показатели протестной активности граждан нередко становится заложниками политических технологий, манипулирования общественным сознанием. На материалах мониторинговых опросов ведущих социологических служб, информации СМИ и общественных организаций авторами предпринята попытка аналитического описания динамических потенциальных и актуальных показателей уличной протестной активности современного российского общества. Показано, что уличная протестная активность, как таковая, может указывать на глубокие социальные противоречия в российском обществе. Основным поводом для массовых протестов населения являются насущные проблемы, затрагивающие конкретные жизненные интересы простых людей. При этом граница между социально-экономическими и политическими требованиями становится все более размытой. Вместе с тем выявлено, что ее проявления в современном обществе носят ситуативный характер. Социальный ресурс митингов и демонстраций среди населения, относительно ограничен. Данные опросов свидетельствуют, что большинство граждан России не поддерживает участие в массовых выступлениях против падения уровня жизни, в защиту своих прав и если таковые будут возникать, скорее всего, не будет принимать в них участие, одновременно придерживаясь мнения о маловероятности развития массового уличного протестного движения. Возможный сценарий развития протестной ситуации в обществе, по мнению авторов, будет зависеть от того, какие именно проблемные факторы, предопределяющие «пиковую» социальную напряженность и протестный потенциал, совпали, и насколько интенсивно они выражены.

В России проблематика управленческой деятельности в социологии управления исследуется недавно. По этой причине используются различные подходы для ее изучения, что приводит к плюрализму научных мнений и теорий. В качестве акцентированных объектов представлены различные социальные процессы и элементы социальной сферы, определяющие управленческую деятельность. Происходит теоретическое осмысление индивидуального и корпоративного акторов, совокупность их интересов через призму управленческой деятельности, их связывающую, а также потенциала конфликта интересов как точки социального роста для акторов, учитывая их субъективную и объективную поведенческую деятельность. При оценке рациональности поведенческой деятельности индивидуального актора и самостоятельно выбранной экономической деятельности затрагивается роль человеческого капитала в управленческой деятельности как явлении. Человек является номинальной частью социального управления и, даже не отождествляясь с конкретной управленческой деятельностью, является ее процессообразующим элементом. Применяется конвергентный подход как подход, включающий совокупность знаний, практик, теорий, отдельных аспектов, как актуальный междисциплинарный и транснаучный подход для построения адекватной внешним агрессивным условиям среды (рынка, политической системы, профессионального сообщества) и имманентным ресурсным (нематериальным в первую очередь) проблемам модели управленческой деятельности. Это требуется для правильного построения социальной организации, релевантности установленным правилам поведения, достижения эффективности самой управленческой деятельности и тех видов деятельности, на которые она оказывает воздействие. Укреплению всей социальной структуры способствует развитие всех ее социальных элементов. Таким образом, управленческая и финансово-хозяйственная деятельность корпоративных акторов оказывается наиболее важной для экономики, при этом поведенческая деятельность отдельных индивидов, сталкиваясь с такими стресс-факторами, как неопределенность и большие объемы информации, должна быть направлена на принятие продуктивных управленческих решений.

Обоснована важность социологического анализа факторов психического здоровья в современных условиях на примере супружеских пар. Раскрывается роль социологических концепций (теории стресса, структуралистского подхода, теории стигматизации), при изучении психического здоровья и факторов, его обуславливающих. Установлено, что теория стресса определяет текущее состояние жизни индивида, негативные жизненные события в качестве факторов, детерминирующих психическое здоровье, а также указывает на высокие риски психических заболеваний в группах с низким социально-экономическим статусом. Представители структуралистского подхода в качестве значимых факторов снижения психического здоровья, наряду с неблагоприятной организацией социального пространства, называют плохую социальную поддержку окружающих и низкий уровень контроля индивида над жизненными обстоятельствами. Отмечено, что, по мнению представителей теории стигматизации, психически нездоровые люди становятся жертвами стигматизации по мере того, как окружающие определяют их в качестве девиантов, ожидая от них соответствующего поведения. На основании анализа ряда исследований делается вывод о влиянии брака на показатели психического здоровья независимо от гендерной принадлежности человека. Выявлено, что одни исследователи указывают на улучшение психического здоровья в краткосрочной перспективе, другие вообще не обнаруживают такой закономерности. Отмечена ключевая роль «качества брака», удовлетворенности браком супругами в формировании и укреплении их психического здоровья.